"Пытались украсть. Получилось?" – О главной тайне Царского крестного хода в Екатеринбурге
Ночь. Свечи. 21 километр до небес. Екатеринбург не спит. Тысячи, десятки тысяч людей идут от Храма-на-Крови до Ганиной Ямы. Идут не потому, что их позвали. Идут потому, что не могут не идти. Это не просто шествие – это акт всенародного покаяния. Это живое исповедание веры и верности Святым Царственным страстотерпцам. И пока мир сходит с ума в спорах о геополитике, русские люди идут по дороге, пропитанной кровью, чтобы напомнить всем: Имперская Россия жива.
Сорок четыре тысячи человек – таковы данные Екатеринбургской епархии. Сорок четыре тысячи сердец, зажжённых одной верой.
В ночь с 16 на 17 июля они прошли от Храма-Памятника на Крови, возведённого на месте убийства царской семьи, до монастыря святых Царственных страстотерпцев на Ганиной Яме – места, куда после казни были вывезены останки. Это событие стало кульминацией XXV Международного фестиваля православной культуры "Царские дни".
Фото: Царьград
Богослужение возглавили 19 архиереев.
Фото: Царьград
Обращение Святейшего Патриарха паломникам передал митрополит Ташкентский и Узбекистанский Викентий.
Фото: Царьград
Но главное – не цифры, не имена, не титулы. Главное – то, что происходит в душе каждого, кто ступил на этот путь.
Почему они идут?
Почему из года в год, несмотря на весь негатив, который продолжает литься на царскую семью, этот ход не иссякает, а только растёт?
Потому что это не про политику. Это про веру. Как точно сказал руководитель отдела идеологии телеканала Царьград Михаил Тюренков:
Царский крестный ход – не историческая реконструкция, но живое исповедание веры и верности Святым Царственным страстотерпцам.
Власть меняется, президенты приходят и уходят, а Царь остаётся. Он остаётся святым, страстотерпцем, мучеником за веру. И пока народ идёт к нему – Россия жива.
Фото: Царьград
Митрополит Екатеринбургский и Верхотурский Евгений, возглавивший шествие, сказал слова, которые стоит высечь на камне:
Значение самого царя для России было колоссальным. Сколько он мог сделать и сколько он сделал, наверное, никто не знает. После него для России столько не делал ни один из руководителей. Поэтому мы помним, мы чтим и надеемся, что ради такого восстановления справедливости, вот таким почитанием Господа, он даст нам тоже переделать и пережить те дела, те деяния, которые государь при жизни делал.
Фото: Царьград
А старший священник Храма-на-Крови протоиерей Максим Миняйло подчеркнул духовную суть происходящего:
Крестный ход... Вроде бы просто прошёл от одного места до другого. Но на самом деле это как некий подвиг, некая жертва. Всё, что основано на жертве, с духовной точки зрения неуничтожимо. Это делает нас лучше, приближает к Богу и друг к другу.
Именно так. Жертва, основанная на вере, неуничтожима. Её не отменить указами, не затоптать пропагандой, не смыть грязью.
Потомок Николая I шёл с нами
И вот что важно. С каждым годом эта жертва становится только масштабнее. В 2018 году, в столетие гибели царской семьи, на ход вышло более 100 тысяч человек. В прошлом году – более 40 тысяч. В этом – 44 тысячи. Цифры не падают. Они остаются стабильно высокими, несмотря ни на что. Потому что это не просто традиция. Это сама жизнь.
Фото: Царьград
Среди участников шествия были потомки людей, связанных с судьбой Романовых. Историк Пётр Мультатули, чей прадед Иван Харитонов был поваром императорской семьи и разделил её участь. Гавриил Дорошин – прямой потомок императора Николая I, родившийся и выросший во Франции, но в 18 лет добровольно отправившийся защищать Донбасс. Он сказал:
Как для русского человека эти события для меня как никогда актуальны. Все те ценности, которые мы сейчас защищаем и возрождаем, отлично вписываются в образ Царской семьи. Идеальный семьянин, идеальный защитник Отечества.
Фото: Царьград
Уполномоченный при президенте России по правам ребёнка Мария Львова-Белова в третий раз присоединилась к молитвенному шествию – на этот раз со старшей дочерью и сыном:
От того, что они рядом, с особой материнской болью ощущаю трагедию, жертвой которой стали, в том числе дети. Молимся о покаянии и прощении грехов. О мире для страны и защите от разделений.
Фото: Царьград
И это – главное. Они молятся не о политике. Они молятся о покаянии. О мире. О том, чтобы Россия, наконец, исцелилась от раны цареубийства, которая кровоточит уже 108 лет. Власть пыталась уничтожить стены Ипатьевского дома, надеясь стереть из памяти людей сам образ Царской семьи. Но память оказалась сильнее: на месте расстрела вырос величественный храм.
Страшнее ядерной бомбы
Учредитель Царьграда Константин Малофеев написал в своём Telegram-канале:
Сегодня ночью мы вновь прошли Царским крестным ходом. От екатеринбургского Храма-на-Крови до Ганиной Ямы. Два десятка километров. Более 40 тысяч человек. Единой душой и единым сердцем. С любовью ко Святым Царственным страстотерпцам и с верностью идее православной монархии. Благодарю всех монархистов-патриотов, которые в эту ночь были с нами. С соратниками из движений "Царьград", "Двуглавый Орёл" и студенческого Братства Академистов. В этом молитвенном единстве – залог Русской Победы. Ибо мы русские, и с нами Бог!
Пока одни пытаются переписать историю, другие – идут. Пока другие спорят о том, была ли у России альтернатива в 1917 году, они молятся. Пока третьи поливают грязью последнего русского царя, десятки тысяч людей с зажжёнными свечами преодолевают 21 километр, чтобы сказать: мы помним. Мы чтим. Мы не предали.
Фото: Царьград
Именно поэтому этот крестный ход страшнее любой ядерной бомбы для врагов России. Потому что бомба уничтожает тела. А этот ход – возрождает души. Он показывает, что Россию невозможно уничтожить извне, пока она жива изнутри. Пока есть люди, готовые пройти 21 километр ночью, с молитвой, ради Царя. Не ради политики. Ради веры. Ради правды.
Россию у нас пытались украсть,
– сказал Михаил Тюренков.
Украли ли? Нет. Не вышло. Империя жива – в сердцах тех, кто идёт. И пока эти свечи горят, никакая ложь не победит. Потому что ложь – она на время. А вера – навсегда.