"Особый специальный закончик" в деле. Давайте честно: русских снова пытаются по-тихому обхитрить

Не утихают страсти по поводу развернувшегося с лёгкой руки депутатов Госдумы обсуждения вокруг законопроекта о поиске и прочтении "запрещёнки" в сети. Едва только инициатива попала в новости, развернулся информационный ад.

Началось с того, что Комитет Госдумы одобрил поправки о введении штрафов до 5 тысяч рублей за поиск в интернете экстремистских материалов и получение доступа к ним. За распространение рекламы средств доступа к инфоресурсам, доступ к которым ограничен, — штраф до полумиллиона рублей. Если запретительную норму оставить в том виде, в котором её предлагают, то она может затронуть даже Кремль (пресс-секретарь главы государства Дмитрий Песков признавался, что использует сервис для доступа к ограниченным инфоресурсам). Не говоря уже о тех, кто проверяет Сеть, выискивая деструктивный контент, помогая силовикам вычищать его. Глава Лиги безопасного интернета Екатерина Мизулина не удержалась от иронии в адрес народовольцев, комментируя инициативу депутатов:

Интересно, а депутаты вообще видели количество "свастик" и "вентиляторов" в комментариях в соцсетях? Если школьник зашёл в комменты и увидел это, его тоже штрафовать будут?

— поинтересовалась Мизулина в своём телеграм-канале.

Сейчас федеральный список экстремистских материалов насчитывает 5473 позиции: от жестокого контента с видео убийств мигрантов и лиц разных национальностей до мемов и треков отдельных иноагентов, картинок про расовое превосходство, рисунков со "свастиками" и так далее. Каждый гражданин должен с этим списком ознакомиться или как? Как будут устанавливать умысел в поиске таких материалов?

"Интересно, а депутаты вообще видели количество "свастик" и "вентиляторов" в комментариях в соцсетях? Если школьник зашёл в комменты и увидел это, его тоже штрафовать будут?".  Фото: Sam Wordley / Shutterstock.com

Юристы увидели в инициативе депутатов и противоречие 29-й статье Конституции России, которая даёт право каждому гражданину нашей страны свободно искать любую информацию. Да и непонятно: как понять, что человек искал экстремистский материал, а не информацию, например, про Агасфера (персонажа из легенды)? Недовольство выразили и журналисты, блогеры. И не оппозиционеры, а кормящиеся с руки государства. Тут же со стороны законотворцев пошли оправдания. Автор инициативы Эрнест Валеев поспешил успокоить граждан:

Заход в интернет в поисках какой-то информации сам по себе ответственности не влечёт.

В четверг, 17 июля, Госдума во втором чтении всё же приняла ту самую поправку о штрафах за целенаправленный поиск запрещённых в России материалов. В Административном кодексе пропишут ответственность за умышленный поиск в Сети "заведомо экстремистских материалов", включённых в список экстремистских материалов и получение доступа к ним, в том числе с использованием особых средств. Штраф — от 3 до 5 тысяч рублей. Председатель Комитета Госдумы по информационной политике Сергей Боярский, комментируя законопроект в своём телеграм-канале, уверяет:

Обычный, добропорядочный пользователь Сети не почувствует на себе действие предлагаемых коллегами нововведений.

Мол, поправки предусматривают наказание за намеренный поиск и использование экстремистских материалов, которые есть в списке Минюста. А вот штрафов за использование запрещённых в нашей стране Instagram* и Facebook* с помощью специальных программ доступа не предусмотрено.

Для чего нужно баламутить народ? Ведь можно было прежде обсудить инициативу с ним: например, в той же Общественной палате провести дискуссию, общественные слушания или провести соцопрос — вариантов и инструментов у государства масса. Но в итоге обычный народ, голосом которого в том числе является и Царьград, видит картину обкатки сырого документа с унизительными оправданиями чиновников и депутатов. А потом мы получим странный, противоречащий Конституции закон, соблюдение которого кто будет контролировать и каким образом?

"Условия военной цензуры"

Доктор политических наук, первый министр госбезопасности ДНР,  политический обозреватель Царьграда Андрей Пинчук высказал своё мнение по поводу ситуации с новым законопроектом:

Мы наблюдаем очередную попытку совместить ежа с ужом и получить метр колючей проволоки, потому что это попытка сохранить гражданские процедуры при объективно военных условиях.

То есть если речь о гражданских процедурах идёт, если мы делаем вид, что мы существуем в гражданском каком-то сегменте, то все претензии обоснованны. Это действительно ущемление Конституции, это действительно нарушение процедурное — не было проведено никаких общественных слушаний. На чём основаны выводы о целесообразности такого решения, тоже не совсем понятно. Для нормальной повседневной жизни это действительно дискриминационное решение. Вопросов здесь нет и не может быть.

Для нормальной повседневной жизни это действительно дискриминационное решение. Вопросов здесь нет и не может быть. Фото: Сергей Ведяшкин / АГН "Москва"

А вот если мы говорим о том, что это условия военного времени, как господин Песков сказал, "условия военной цензуры", то в таком случае нужно называть вещи своими именами. И в конце концов уже говорить о военном времени, говорить о том, что агентура противника [работает], обеспечение терактов используется, агитационная работа [ведётся], передача разведывательной информации таким образом учитывается. И выводы эти основаны на определённых объективных данных спецслужб наших и анализе действий спецслужб противника.

И в таком случае нужно вводить уже наконец-то нормальный специальный режим, связанный со специальной военной операцией, и перестать пытаться выделить этот метр пресной воды в солёном море, чем сейчас активно занимаются в том числе представители власти. А то вот здесь мы немножко воюем, здесь вот мы немножко живём гражданской жизнью. Из-за этого и возникают такие эффекты. 

Натянуть сову на глобус. Кому это надо?

Таким образом, полковник запаса Андрей Пинчук обозначил концептуальную проблему, которая сегодня, увы, существует в России, а именно — "попытку страну разделить на две части, где одна живет вообще не имеющей отношения к войне жизнью, а вторая воюет":

И практически между собой эти две части не соприкасаются. А потом придумать закон, который очень актуален и важен для второй части, но абсолютно антагонистичен для первой. И удивляться, откуда такое противоречие. А противоречие это не связано ни с каким законом. Оно связано с вот этим вот разделением. То есть "натягивание совы на глобус" приводит к очень печальным последствиям. Тут надо действительно или штаны надеть, или крестик снять, или признать, что мы находимся в состоянии боевых действий.

И это влечёт за собой спектр последствий для экономики, для промышленности и для, естественно, информационной сферы. А сейчас какие-то частные моменты выделять, что нужно сделать, — это будут всего лишь какие-то отдельные сегменты. И когда эти сегменты не основаны на твёрдой общей платформе, то эти отдельные частные мероприятия не имеют абсолютно никакого смысла и не решают никакой задачи. И здесь что-то там креативить и предлагать бессмысленно, потому что этот креатив и предложение должны быть следствием общей рамки.

Я вас уверяю, что таких возмущений бы не было, если бы обществу честно сказали:

Извините, мы находимся в особом военном состоянии, в специальном состоянии, и под это специальное состояние нужен специальный правовой режим.

Как и положено, как это давно должно было быть введено. И в том числе, естественно, в первую очередь в информационной сфере.

Здесь у нас повседневная мирная жизнь, а здесь у нас какой-то особый специальный закончик, как бы мы между делом его принимаем. Фото: Сергей Ведяшкин / АГН "Москва"

А здесь как-то вот так тишком: здесь у нас повседневная мирная жизнь, а здесь у нас какой-то особый специальный закончик, как бы мы между делом его принимаем.

Из-за этого все проблемы и возникают, а не потому, что там кто-то возмущается или кто-то чего-то понял или не понял. Просто власти надо вещи назвать своими именами. Тогда и власти будет проще, и общество с пониманием будет относиться к таким вещам.

*Запрещённые в России соцсети Instagram и Facebook принадлежат компании Meta, признанной экстремистской и запрещённой на территории Российской Федерации.